– Вышла ваша книга «Христианская Европа». Можете ли вы привести доводы, подтверждающие связь религиозных верований, традиционных ценностей и правовой системы? К примеру, влияет ли религия на формирование демократических ценностей, способствует ли появлению ценностей мультикультурализма? Все чаще можно слышать о том, что суды в США в отношении представителей меньшинств выносят решения, отталкиваясь от иных, национальных ценностных оснований.

– Европа представляет собой очень интересную модель, гораздо более интересную, чем США. Забавно, но конституционно США близки к французской системе, предполагающей жесткое, агрессивное отделение Церкви от государства. Несмотря на это, американские политики постоянно говорят о Боге. Знаете, у них прямая телефонная линия с Богом. Но их Конституция в ее нынешней интерпретации определяет государство как светское. То же мы наблюдаем и во Франции – статья 1 французской Конституции определяет форму правления как республиканскую, социально ориентированную и светскую. Однако конституции всех государств Европы имеют общую особенность – они провозглашают свободу религии и свободу от религии. Преступлением является любой запрет на отправление религиозного культа и любая попытка навязать религиозные верования. Если же кто-то утверждает, что его религия предписывает ему убивать других, ответ европейцев таков: пожалуйста, но не в нашей правовой системе. Отсюда проистекают конфликты, как, например, «дело о платках» во Франции. Но на практике европейские плюралистические демократии провозглашают свободу религии и свободу от религии.

И вот здесь возникает любопытный европейский феномен. Французский опыт не определяет европейскую конституционную картину. Достаточно пересечь Ла-Манш, и вы окажетесь в Великобритании, которая не является светским государством. Англиканская церковь – официальная Церковь государства. Королева – не только глава государства, но и глава Церкви. Когда гибнут английские солдаты, в их память государство устраивает англиканскую поминальную службу. Школы Англиканской церкви финансируются государством. В Дании Лютеранская христианская церковь – официальная Церковь государства. Германская Конституция упоминает Бога в первом же предложении. Оно начинается так: «Осознавая нашу ответственность перед Богом и людьми» В ирландской Конституции упоминается Святая Троица как источник истины и красоты. Я подсчитал, что из 420-430 миллионов человек, населяющих Европу, приблизительно половина живут в государствах, конституции которых упоминают христианство или Бога. А мы знаем, что религия может оказывать деструктивное влияние на политику и на международные отношения. Но на все более секуляризующемся Западе мы часто забываем о том, что такое религиозная страсть. Когда кто-то становится террористом по религиозным соображениям, мы объясняем это дурными материальными условиями его жизни. Это типичная марксистская, то есть материалистическая, интерпретация: причина не в вере как таковой, а в том, что он несчастен, голоден, угнетен и потому обращается к религии, как к опиуму для народа. Мол, достаточно повысить уровень жизни – и религиозный экстремизм исчезнет. Даже удивительно, какое сильное влияние эта марксистская чушь оказала на политическое мышление Запада. Секуляризация государства лишила Запад способности понимать всю серьезность обязательств в других частях мира.

Важно подчеркнуть, что в европейской модели религия и государство могут сосуществовать мирно. Государство может быть религиозным. В некотором роде глупо и лицемерно заявлять Турции, что она должна стать светским государством. Ведь есть пример Великобритании. Почему в Турции не может быть того же самого? Но самое главное здесь состоит в том, что, несмотря на это, в Европе существует свобода религии и свобода от религии. В этом состоит европейский урок. Высшее проявление толерантности – это когда христианское государство допускает свободу религии и свободу от религии. Вы не хотите быть христианином – хорошо. Вы хотите быть мусульманином, иудеем – отлично. Вы хотите проповедовать свою религию – пожалуйста. Модель интересна и соблазнительна, потому что, с одной стороны, она не вынуждает отказываться от собственных систем символов и смыслов, от религиозных истоков, а с другой стороны, она требует соблюдения свободы вероисповедания. Мусульманским странам можно сказать, что для того, чтобы быть демократическими, им необязательно становиться светскими. Но непозволительно убивать человека, если он перестал быть мусульманином, недопустимо запрещать деятельность христианских миссионеров. Нельзя говорить – этой религии быть, а другим – нет. Поэтому одна из идей моей книги заключается в том, что европейская модель отличается и от французской, и от американской моделей своим уникальным плюрализмом…

Главной целью Европейского союза должны быть конституционная толерантность, терпимость к конституциям других, признание других идентичностей. Вам необязательно быть такими же, как другие, чтобы жить с ними в мире. Это то особенное благородство, которое всегда было присуще европейской интеграции.

Джозеф Вейлер (род. 1951) – юрист с мировым именем, признанный эксперт в области права Европейского союза и международного торгового права, профессор и заведующий кафедрой Европейского союза имени Жана Монне в школе права Нью-Йоркского университета.

http://www.religare.ru

Рубрика: Глобализация, Европа, Христианство - Ваш отзыв